Святое Рождество – не святые святки

05.01.2011 г.

МАКС   ВИТТЕ 1909 – 1955 (Heiliges Christfest - unheiliges Weihnachtsfest) Мастера Сигмарингена, Ганс и Иаков Штрюб, ХVI век Для православных христиан наибольшим из церковных торжеств является Пасха Господня, для христиан же Запада таким днём  является Рождество как торжество вочеловечивания Божия. Мы празднуем, конечно же, и другие церковные торжества, но святое Рождество, так уж сложилось в народе, предпочитается у нас более других. За тысячелетнюю христианскую историю нашего народа оно приобрело ошеломляющую выразительность. Даже те, кто уже более ничего не знают о святой вере Церкви Божией, не могут избежать её влияний, даже если они при этом  пытаются найти розного рода чужеродные и откровенно языческие обоснования этого торжества, называя его праздником любви, света,  семьи и т.п. При этом нам никак нельзя закрывать  глаза на то, что в борьбе неверия за фальсификацию святого Рождества мы уже достигли именной той самой стадии, которая требует от нас христиан предельной осторожности, а именно, как  неверие происходит от святой веры, так от святого Рождества произошли «не святые святки». Оба относятся друг ко другу как святое и нечистое. Мы, конечно же, можем многому научиться у христиан, живущих в откровенно языческих странах и землях, где языческие идолослужения и торжества определяют всю жизнь народа. Только  в этом случае разница между христианским и языческим просто очевидна  и  несомненна. У нас же всё совсем иначе: есть христиане, которые в действительности не чувствуют и не осознают всей разницы между действительно христианским и тем, что только кажется таким; они празднуют святки (пряники, свечи, ёлки, ярмарки и базары, глинтвейн, печеные каштаны,  подарки, гирлянды и т.п.) думая при этом, что празднуют  святое Рождество. Таким же неясным и непонятным для очень многих было состояние дел и в те годы, когда нацисты решительно выступали против святого Рождества и боролись с ним, празднуя вместо него Йоль как зимний солнцеворот  и  другую древнегерманскую бессмыслицу. Несомненно, что таким образом что-то прояснялось, но вот только те противники Йоля, которые всё ещё хотели петь «Тихую ночь, святую ночь», чаще всего имели в виду совершенно не святое Рождество, а, как и нацисты, «не святые святки». У св. Рождества просто заимствовалось немного уюта,  чувств и сентиментальности. Как и сами нацисты, они мало веровали в то, что ИИСУС – Сын Божий и Марии.  Им просто казались очень «милыми» как  рождественский  вертеп, так и душевная глубина святых гимнов прославления. От всего этого они совершенно не желали отказываться. Нет сомнения, что враждебность нацистов к Рождеству внесла больше ясности, чем замаскированное под Христианство буржуазно-бюргерское неверие. Если мы внимательно посмотрим на то, как святая Церковь призывает нас праздновать св. Рождество, то тогда каждый, впервые в своей жизни обративший на это своё пристальное внимание, может не на шутку испугаться. Сразу же за св. Рождеством отмечаются два дня мучеников веры, а именно, святого Стефана и святых невинноубиенных младенцев. Остаётся только сожалеть, что с течением времени Церковь капитулировала перед ленью своих прихожан, которые только один раз приходили в церковь на праздники. (Ходить в церковь каждый день было бы для них слишком «по-католически»).  Тем же, кто во второй день Рождества в первый раз показались в церкви, пасторы и проповедники хотели бы хоть немного рассказать  о вочеловечивании Божием, и поэтому молчали о святом Стефане. Только так и «благодаря» такому молчанию, могло возникнуть впечатление, что св. Рождество  это «праздник мира». (Таким пресловутым  «праздником мира» являются скорее «не святые святки»,  в которые этот мир обменивает  свою непрекращающуюся вражду на кажущееся и исключительно временное «перемирие»,  чтобы  после с  новыми силами взяться за старое.) В действительности же святое Рождество не праздник мира, но вражды. Со дня рождения Иисуса мир пытается либо силою задушить святое Рождество, либо извратить его хитростью. В обоих случаях им преследуется одна и та же цель, а именно, погубить Иисуса и Его святое Рождество. Поэтому вражда святого Рождества исходит не от Иисуса и Его святой Церкви, но от мира и его князя. Почему это так, не трудно узнать из того, что  Сын Божий явился, чтобы разрушить дела диавола (1 Иоанна 3, 8b). Как же после это  противнику и разрушителю-человекоубийце диаволу не ходить, как рыкающему льву, ища, кого бы поглотить?! (1 Петра 5, 8). Апостольское послание (Апостол дня: Откровение 12, 1-6. 13-17) невинно убиенных младенцев Вифлеемских позволяет и даёт нам понять, как же в этом мире на самом деле обстоит дело с Младенцем Иисусом. Даже во святое Рождество   никому не следует забывать слова великого реформаторского гимна Мартина Лютера «Возрадуемся вновь и вновь», где поётся, что Иисус « нечистого пленить хотел», а враг «Кровь невинную прольёт, чтоб жизни Я лишился». В рождественских гимнах великого Пауля Герхарда также воспевается горечь креста. Дни памяти святых мучеников ясно и недвусмысленно указывают нам на то, что именно неистовство и непримиримость неверия побивают на смерть св. Стефана и убивают младенцев в Вифлееме! Как мир поступает с Учителем, также  он поступит и с Его учениками (Матфея 10, 24). Итак, когда мы празднуем святое Рождество, диавол не отдыхает, но занят тем, чтобы отнять его у нас либо силой, либо соблазном и искушением. Первое причиняет немалую телесную боль, но имеет при этом преимущество, благодаря которому каждый христианин ясно видит и познаёт, о чём, собственно, идёт речь. Ведь убивающий тело, не лицемерит и не притворяется, выдавая себя за своего. Верующему должно тогда  молиться о твёрдости веры, предавая себя во власть всеукрепляющей благодати Божией. Совершенно иначе дело обстоит с соблазнами и искушениями, хорошо и до неузнаваемости замаскированными под Христианство,  к  которым  относятся и « не святые святки». Как же противостоять соблазнам и как вообще узнать их? Где взять дар испытания духов? (1-е Иоанна 4, 1(2-3)). Должно нам помнить следующее: 1.Бог стал Человеком по причине нашего греха.  Мы уже утратили св. Рождество, если забыли это. Во избежание этого и предшествует святому торжеству Адвент как время поста и покаяния в преддверии Рождества. Если пренебречь этим, то тогда празднование превращается в трагикомический фарс, когда – в зависимости от настроения – громко и чувственно выводится « Мир наш погиб во тьме, свет наш один в Тебе», но только вот сама погибель при этом отрицается, потому что отрицается грех. И немало проповедников боятся испортить своим гостям «праздничное настроение», проповедуя во св. Рождество покаяние и прощение грехов во имя Господа Иисуса. Мы поём, что пробил час спасения, а сами не чувствуем и не ощущаем в нём  никакой нужды. Итак, Христос пришёл, чтобы избавить и искупить на Своей пресвятой жертвой. Согласно апостольскому наставлению нам следует пребывать в том, в чём мы наставлены (2-е Тимофею 3, 14), поэтому останемся же в том, что сказано в Кратком Катехизисе Мартина Лютера: «…искупил  меня, погибшего и осуждённого человека, приобрёл меня и избавил  от всех грехов, от смерти и от власти диавола…Своею святою драгоценною Кровию и Своим невинным страданием и смертью». 2.Второе также ясно и чётко написано в Кратком Катехизисе: Верую, что Иисус Христос, истинный Бог, предвечно рождённый от Отца, и истинный Человек, рождённый от Марии Девы, есть мой Господь. Именно эту веру во все времена диавол вновь и вновь старается отнять у Церкви. Без этой веры вся проповедуемая любовь и вся надежда просто ложь и подлый обман, если нет Христа нашей веры. Вновь и вновь восставали и восстают лжепророки и лжеучителя, которые извращали и продолжают извращать Священное Писание и предают сомнению либо истинное Божество Иисуса, либо Его истинную человеческую природу. Каждый раз, когда во время отправления мессы звучат слова Никейского символа веры, то при всём ликовании о Божественных тайнах, которые мы исповедуем, нам следует помнить, что этот символ веры является результатом почти столетнего спора. Ведь, если отрицается истинное Божество Господа Иисуса, то вместе с ним теряется всё Божие милосердие и благоутробие. Если же отрицается истинная человеческая природа воплотившегося Сына Божия, то тогда у нас более нет жертвы, которая своей кровью искупила бы  и избавила бы нас!  В ликовании Никейского символа веры и  наших песен и гимнов, воспевающих истинную Божественную и истинную человеческою природу Господа Иисуса, мы познаём, что речь идёт не о какой-то «скучной догме», а исключительно обо всей полноте нашего вечного спасения и блаженства.  Мы сможем уберечь св. Рождество от диавола лишь только, если будем высоко, как знамя, держать это душеспасительное учение Церкви о Сыне Божием. Равнодушие к этому учению или неосведомлённость по собственной вине губительны не менее, чем осознанная вражда и отрицание. А что же говорит нам это учение? То же самое, что и само Священное Писание, из которого оно взято, и ничего другого! (Поэтому между двумя днями свв. мучеников расположился день памяти святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова: от Иоанна 1, 14!). Наш серьёзный совет и рекомендация к празднованию св. Рождества звучит так: познание греха и исповедание учения о Сыне Божием; осторожно с настроениями и чувствами;  назад к Писанию и к Алтарю. На этом пути мы найдём ясли Христовы и непреходящую радость о том, что предвечный Сын Божий непреложно воплотился и родился истинным Человеком, умилостивив гнев Отца. Радуйтесь все, кто скорбит о своих грехах!

 

« Пред.		След. »